Юрий Половников (polo79) wrote in lj_live,
Юрий Половников
polo79
lj_live

Поход - это как заповедник судьбы

Прочитал книгу А.В. Иванова "Географ глобус пропил".
И что-то так разволновался, что никак успокоиться не могу. Герой всё делает неправильно: курит в классе, пьет с учениками, пьет в водном походе, упускает все шансы, команду на катамаране выпускает без спасжилетов, влюбился в девятиклассницу. А в итоге он сделал все правильно и остался один. Т.к. остальные делали то, что им надо. В жизни такой человек пропадет, сопьётся.
В его жизни есть бабы, пьянка, первобытные размышления провинциального интеллигента, чуткая душа и природа. И этого оказывается достаточно, только вот управиться он с этим не умеет.
Автор прекрасно описывает природу, так, что мне захотелось посетить Пермский край. И самое для меня ценное, как он описывает короткий весенний поход по половодью: затопленный лес, ночные заморозки, расчески, березовый сок ...

Я переживаю. Не знаю о чем, волнуюсь, как школьница. Оказывается, у меня еще есть любящее сердце. И я, наверное, никогда не состарюсь. Хочется познакомиться с этим бедолагой, что-то с ним стало. Ведь родная душа, скиталец и добряк.
Вот некоторые выдержки себе на память:

Я курю, гляжу в проносящуюся мимо ночную тьму и думаю о том, что я все же вырвался в поход. Пять дней – по меркам города немного. Но по меркам природы в этот срок входят и жизнь, и смерть, и любовь. Но по меркам судьбы эти пять дней длиннее года, который я проработал в школе.

Поход - это как заповедник судьбы.

Чтобы найти поляну для ночевки, мы сворачиваем в затопленную просеку. Здесь - черная тишина и покой. Гул Поныша гаснет. Мы медленно плывем между двумя стенами елей. Под нами видны размытые колеи. В чистой воде неподвижно висят шишки. Лес отражается сам в себе. Ощущение земной тверди теряется. Вдали, за еловыми остриями и лапами, стынет широкая, ярко-розовая заря.

Струятся мимо заснеженные берега, уставленные полосатыми, бело-сизыми пирамидами елей. Облачные валы бугристыми громадами висят над рекой, сея снег. Повсюду слышен очень тихий, но просторный звук - это снег ложится на воду. Серые, волокнистые комья льда звякают о лопасти весел. В снегопаде даль затягивается дымкой. Все молчат, все гребут. На головах у всех снежные шапки, на плечах - снежные эполеты. Посреди катамарана над Машей намело уже целый сугроб. Ни просвета в небе, ни радости в душе. Тоска.

Сверху, с холма, от стен храма как из космоса обозревается огромное пространство. Широкая, сизая дуга Ледяной, волнистые, зыбкие леса до горизонта, строчка выбегающего из тайги Поныша, шахматные прямоугольники поселка. Пространство дышит в лицо каким-то по-особенному беспокойным ветром. Снежинки влажно чиркают по скулам. Вздуваются громады облаков, и в них грозно и неподвижно плывет колокольня.

Я занимаюсь простыми, мудрыми и вечными делами - латаю свой корабль, поддерживаю огонь, готовлю пищу. Мир ясный и яркий: синее небо, белый снег, черные угли, алый огонь, оплетающий котлы, и желтая пшенная каша. Это все, что у меня есть. Но этого никто у меня не отнимет. Никакая женщина, будь она хоть тридесято прекрасна. Пусть что угодно, но только не любовь. Я хочу веры в мир и в то, что я делаю. Я хочу твердо стоять на ногах, не желать ничего более и не ждать неизбежного удара в спину.


У нас есть всё, что нужно для жизни, всё, что дали нам предки. Бог, природа, любовь, дружба, подвиг, терпение, книга, дерзание духа ... Этого хватит на всю жизнь, остальное лишнее.
Subscribe

Comments for this post were disabled by the author