Юрий Половников (polo79) wrote in lj_live,
Юрий Половников
polo79
lj_live

Трамвай "Желание": О картине Ильи Казана (1951) и о пьесе Теннеси Вильямса (1945)

"Трамвай "Желание" Теннеси Вильямса



читала не раз. Но никогда не удавалось до конца понять, что именно происходит с Бланш Дюбуа. У меня она всегда вызывала раздражение и полное недоумение. Мне казалось, что эта истеричная кокетка, представлена автором как героиня, которая непременно должна вызывать отрицательные эмоции, но она и их особо не вызывала, и поэтому последняя сцена оставляла меня совершенно равнодушной.

Посмотрев фильм Ильи Казана я поняла, о чем речь и в чем дело и поняла почему мне не удавалось прочувствовать Бланш и понять Стэнли. У меня получилось оправдать Бланш в собственных глазах и возненавидеть Стэнли.



Невероятная стареющая Вивьен Ли, играющая вечно играющую Бланш настолько достоверно, что предельно понятно, где - фальш, а где - внутренняя истина ее героини.



Ее игра - пособие по изучению истерийного расстройства личности. В образ Бланш плавно вплетается и кино-образ самой Ли, теряющей лоск и блеск актриссы, закончившей жизнь в психиатрической больнице.

Марлон Брандо в своей второй кино-роли, подобранный прямиком с подмосткoв Бродвея, демонстрирующий полную увлеченность "методом". Постоянно жующий, пьющий, курящий. Прекрасное тело и брутальные повадки, адская смесь шарма и жлобизма. На протяжении всего действия ему удается сохранить зрительское напряжение между влечением и отвращением.



Игра светотени, ощущение невыносимой жары и влажности рабочих кварталов Нового-Орлеана, во-время крупные планы, актуальность съемок и событий - фильм полон неисчислимый достоинств.

На социальном уровне, конфликт Бланш и Стэнли - это конфликт старого юга, старых денег, старой загнивающей аристократии и новых эммигрантов, свежей крови с молоком, новой Америки, не очень лицеприятной, но вдыхающей новую жизнь в умирающие традиции.

На метафорическом уровне, их конфликт - конфликт мечтателей, наделенных богатым воображением и фантазийным миром с холодными реалистами и практиками.

Все это и так понятно, и дальнейшего рассмотрения не заслуживает.

Но особенно меня поразило открытие о феминистической составляющей текста и об исчезнувшем ключевом куске пьесы, о чем и хотелось написать.

Интересно, что Вильямс пытается сохранить беспристрастную точку зрения, которая выбивает из колеи.

У него, вроде бы, не получается осудить ни Стэнли, за насилие и издевательства, ни Бланш, за пренебрежение чувствами окружающих и эгоизм. Но поверхностное прочтение рассказывает о том, что Бланш - виновница всех бед, свалившихся на ее красивую голову. Автор, будто нехотя, отдает свои симпатии оболганному Митчу и использованной Стелле.

Но, кажется мне, "не хотя" тут ключевые слова.
Вильямс отдал бы свои симпатии Бланш, если бы мог.

Из фильма мне стало понятно, что этот текст, напиши его Вильямс двадцатью годами позже, обернулся бы феминистическим манифестом. Но, видимо, 45-ый год рождения сыграл злую шутку с этой героиней, которую необходимо было запятнать и уличить в сексуальной распущенности, иначе пьеса никогда не вышла бы в свет в свое время и уж точно не попала бы на серебряный экран.

При этом, если читать текст с феминистической позиции, совершенно ясно становиться и то, что Бланш - действительно жертва, а не "чудовище, пожирающее детей".

Бланш - перышко, движимое желанием, страстью, романтическими фантазиями, постоянно обламывается о каменную жестокость и полное отсутствие воображения окружающих ее мужчин.

Бланш, ищущая за кем бы спрятаться, кому бы отдать себя с потрохами, отдать не за материальные блага, а за мечту о красоте и гармонии, натыкается на равнодушие и брутальность патриархального мира. Мира, где властвует мужчина, смертельно напуганный мифом о "роковой женщине".

Светлая, белая Бланш приобретает в глазах главного представителя этого мира, Стэнли, мрачные формы монстра, тарантулы, вьющей нити вокруг его наивного друга и его самого. Стэнли проецирует на Бланш все свои страхи, страхи альфа-самца, перед воздушным существом, порождением сказок и мечтаний, порождением, женских романов.



Он до ужаса напуган женской сексуальностью и манящей силой, и может унять этот страх только путем собственного обладания объектом этого страха.

Но тут начинается самое интересное

Не только феминистические посылы текста цензурятся самим автором. Примечательно то, что и режиссер цензурит гомоэротическую состовляющую пьесы.

Из монолога Бланш в ресторане вырезан громадный кусок, в котором она рассказывает о своем травмирующем опыте первого брака.

Бланш застукала свою первую любовь в объятиях другого мужчины, что и послужило причиной его последующего самоубийства.

При таких обстоятельствах становится понятно, откуда растут корни маниакальной потребности Бланш в мужском внимании, откуда проистекает ее гипертрофированная женственность и необходимость в соблазнении: она всего -лишь хочет исправить, переделать ту старую историю, в которой она не могла быть женщиной.

Но из фильма мы этого никогда не узнаем.

Первый муж, неудачник и "человек со странностями", о чем Бланш ему открыто заявляет, в один прекрасный день вышибает себе мозги. Почему? Зачем? Каковы причины самоубийства? Недоумевает зритель, пьесу не читавший.

Тем самым, убиваются два зайца: внутренние мотивы Бланш, а с ними и ее возможное оправдание, теряются, так же, как и радикальное в то время упоминание о мужской любви.

Фильм оказывается допущенным к экранам.

Теннеси Уильямсу и Илье Казану удается сохранить позиции мейнстримных голосов старой доброй Америки.

Примечательно и то, что подобному акту по отцензуриванию гомосексуальных мотивов при переложении на кино-ленту, была подвержена и еще одна экранизированная пьеса Теннеси Уильямса: "Кошка на раскаленной крыше" (1968, режиссер Ричард Брукс).

"Трамвай "Желание"", помимо своих неисчислимых художественных достоинств, оборачивается историческим документом о пренебрежении правами женщин и гомосексуалистов в Америке времен Трумана и Айзенхауэра.

Но смотреть и пересматривать его необходимо совершенно не поэтому, а просто потому, что это великолепная экранизация, великолепной пьесы.


Subscribe

Comments for this post were disabled by the author