bleis (bleis) wrote in lj_live,
bleis
bleis
lj_live

Об алчности и вандализме. "Поп-культура".

Искусствоведы, директора музеев и реставраторы объясняют, как и почему церковные деятели при поддержке государства уничтожают церковную культуру. Великолепная статья из "Esquire". Спасибо за "наводку" уважаемой infodealer

У реставраторов уже много лет лежит на хранении другая икона — Успение — XVI века. И они не знают, что с ней делать. Икона когда-то была обита басменным окладом — это когда серебряными листами и тонкими гвоздиками обивают поверхность иконы, оставляя только силуэт. Видимо, в голодные годы серебро с нее в какой-то момент сорвали, а потом спохватились — надо было, чтобы она все же блестела. Тогда из консервной банки вырезали нимб, а чтобы оставшиеся гвоздики от басмы не мешали, их начинали утапливать — вынимать же сложнее. Можете себе представить, что произойдет с живописью, если я по контуру всей фигуры буду утапливать гвозди? От лика остается каша, и никакая реставрация не поможет.

Все они говорят про иконы, что это имущество. Нет, тут другое слово нужно — «достояние». Имущество — это подсвечники. А у нас как всегда в монастырях и кремлях делалось? Назначается новый митрополит, и сразу весь иконостас убирают. На его вкус пишут новый, а старый ссылают на периферию. Хотя тот, который снимают, был Рублевым написан. Например, так церковь сослала на выселки рублевский Звенигородский чин, который сейчас висит в Третьяковской галерее. Икона Спаса Рублева была ступенью в избе. Слава богу, живописью вниз лежала, иначе стоптали бы насухо. А двумя другими иконами из этого же чина (Архангел Михаил и Апостол Павел) бочки с капустой накрывали. Доски-то хорошие. Так же сослала церковь и Васильевский чин, который был в Успенском соборе во Владимире, потому что делали новый иконостас. Это постоянная сложившаяся многовековая практика.

Был такой Филимонов — глубоко верующий человек, руководил Церковно-археологическим обществом. Он сказал: «Как ни печально, но именно церковные деятели уничтожили всю церковную культуру. Потому что они всегда хотят как лучше. Но если бы мы в Третьяковке каждую картину улучшали в меру своего современного образования, можно было бы ее закрывать». Лет двадцать назад я обо всем этом говорил с ныне покойным патриархом, он говорил: «Ну что делать, это же религиозное бешенство». Мудрый был человек.
Subscribe

Comments for this post were disabled by the author