?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry Share Flag Next Entry
Законы выживания для цивилизаций
В Анапе
polo79 wrote in lj_live

Цивилизация рождается стоиком и умирает эпикурейцем.
Станислав Лем

Человек – царь природы. Все в мире подвластно воле человеческой, а если где-то еще и осталось сопротивление, то это не надолго, потому что наука наша шагает вперед семимильными шагами, сметая на своем пути любые препятствия. Земля покорена практически полностью, остались лишь небольшие очаги сопротивления в виде землетрясений, смерчей, извержений вулканов, наводнений, злостных вирусов и прочих «прелестей» живой природы, но это не надолго, можете не сомневаться. С природой будет покончено, в том смысле, что она станет полностью управляемой и прогнозируемой. Вот только почему-то, не смотря на все наши достижения в науке и технике, не смотря на практически полное покорение живой природы и даже ее частичное истребление, за всю свою историю мы так и не смогли ужиться друг с другом. Прошло немало тысяч лет, но до сих пор, как и в Древнем Египте, Элладе, Вавилоне и легендарном скифском государстве единственным по-настоящему действенным средством улаживания конфликтов остается война. Могущественные цивилизации сменяли друг друга, а способ мирного сосуществования с соседями так и не был найден.

 Никто не виноват в том, что цивилизации возрождаются, крепнут и, отжив положенный срок, умирают – считает ученый-этнограф Лев Гумилев, сын русских поэтов серебряного века Николая Гумилева и Анны Ахматовой, - просто в  их жизни, как и в жизни людей, есть свои законы. Обоснование и доказательства законов существования цивилизаций он приводит в своей книге «Этногенез и биосфера Земли», написанная в 1979 году и являющаяся по своей сути монографией его докторской диссертации.

 

Из жизни цивилизаций

Цивилизацию создают идиоты,

а остальные расхлебывают кашу.

Станислав Лем

Любые человеческие сообщества (страны, народы, цивилизации, - чтобы не путаться в названиях, Гумилев все их предложил называть общим термином «этнос»), несмотря на явные отличия в культуре, экономике и технике, развиваются по одним и тем же общим закономерностям.

Понятие этноса достаточно широко. Оно включает в себя как отдельные малочисленные племена пигмеев где-нибудь в Центральной Африке, так и многомиллионные цивилизации типа Древнего Рима или Древней Греции. Даже почти двухмиллиардный современный Китай – и тот тоже может быть назван этносом. Соответственно, численность – это последнее, что отличает этносы друг от друга.  Главным критерием для выделения отдельного этноса является общий стереотип поведения. Этнос – это группа людей, обладающая оригинальным стереотипом поведения, существующая как отдельная система (т.е. люди внутри этой группы связаны между собой множеством связей: экономическими, родственными, культурными, социальными и т.д.), противопоставляющая себя другим подобным группам людей и чувствующая себя при этом просто прекрасно. Легче всего проследить подобную закономерность на маленьких этносах. Возьмем, к примеру, племя тех же пигмеев или, скажем, эскимосов. И те, и другие, живут обособленно от остального мира (одни в джунглях, другие – где-то в тундре), полностью обеспечивают себя (и, нужно сказать, совсем неплохо себя при этом чувствуют!), обладают уникальными культурой, обычаями жизни и стереотипами поведения и искренне считаю это единственно правильным.

Древний афинянин, побывав в Ольвии, с негодованием рассказывал, что скифы не имеют домов, а во время своих праздников напиваются до бесчувствия. Скифы же, наблюдая вакханалии греков, чувствовали такое омерзение, что, однажды увидев своего царя, гостившего в Ольвии, в венке и с тирсом в руках в составе процессии ликующих эллинов, убили его. Иудеи ненавидели римлян за то, что те ели свинину, а римляне считали противоестественным обычай обрезания. Рыцари, захватившие Палестину, возмущались арабским обычаем многоженства, а арабы считали бесстыдством незакрытые лица французских дам, и т.д. Истории известно огромное количество подобных примеров.

Рождение этноса

История любого этноса имеет свою точку отсчета. Как правило, располагается эта точка там, где на одной территории сосуществуют несколько этносов. У них разные системы хозяйств и разная культура, но за долгие годы существования они уже свыклись друг с другом. Конфликты между ними постоянны, но незначительны, проходящие как правило, без заметных последствий.

Но вот население региона начинает развиваться. Прежние отношения перестают удовлетворять развивающиеся народы. Как следствие – начинается их кардинальная ломка. Этносы могут быть разными, существовать в различное время, обладать различными технологиями и знаниями, но всегда ломка взаимоотношений с соседями происходит по одному и тому же сценарию. Сначала в одном – двух поколениях появляется некоторое количество персон, не желающих терпеть ограничения, которые веками до того сносили их предки. Они требуют себе места в жизни, соответствующего их энергии, талантам, личным подвигам и удачам, места, которого они заслуживают, а не того, которое было определено им при рождении. Естественно, многие при этом гибнут, особенно первые, потому что остальные члены родного им этноса выступают против подобных перемен и ломки устоявшихся взаимоотношений. Но если процесс развития идет с необратимой интенсивностью, подобных персон становиться все больше и больше. В конце концов, их количество достигает того уровня, когда они уже могут диктовать свою волю остальным элементам этноса - людям прежнего склада.

Колыбель цивилизаций

Отчего в одних местах археологи обнаруживают чуть ли не километровые толщи культурных отложений различных цивилизаций, а в других как будто никогда не ступала нога человека? Почему на всей полосе сплошных лесов России – от Онежского озера до Охотского моря не возникло ни одного народа, ни одной культуры? Все, что там есть, было принесено с юга или севера. Иное дело с территориями, где сочетаются два и более ландшафта.

Проанализируем историю Евразии с географической точки зрения. Итак, основные процессы энтогенез (зарождения и развития этносов) возникали:

а) в восточной части, на стыке высоких гор и бескрайних степей;

b) в западной, где лес чередуется с травянистыми лугами (поляны в междуречье Волги и Оки);

с) в южной – среди немногочисленных оазисов среди бескрайних степей (Крым и Средняя Азия);

d) на севере, где сходятся промерзшая тундра и низкорослые заросли лесотундры.

Проверим. Хунны появились на лесистых склонах Иныланя и лишь потом передвинулись в монгольские степи. Уйгуры - на склонах Наньшаня. Тюркюты - на склонах Алтая. Монголы - на склонах Хингана и Хэнтэя. Татары казанские, потомки древних болгар, - на Каме, где лес граничит со степью. Татары крымские в сплошном оазисе на границе степного Крыма и Южного берега.

Огромное количество различных народов зародилось на окраинах гор, где отроги высоких гор сходятся с равнинами. Левант, или Ближний Восток, со своим уникальным сочетанием моря, гор, пустынь и речных долин – настоящая колыбель крупнейших цивилизаций. Нагорья Анд - сочетание горного и степного ландшафтов - хранят памятники культуры, созданные многими народами в разные века, тогда как в лесах Бразилии и равнинах Аргентины не сложилось ни одной культуры. Впрочем, последнее обстоятельство не мешает и никогда не мешало использовать их природные богатства народам, возникшим в других местах.  Так в Патагонию проникли горцы - арауканы; бразильские леса в XVI в. пытались освоить инки, а в XIX в. там сказочно разбогатели португальские плантаторы.

Еще одной колыбелью цивилизаций является море. Однако его роль может быть двоякой, в зависимости от характера береговой линии и уровня цивилизованности береговых жителей. С одной стороны, если море не освоено и непроходимо, оно ограничивает развитие. Именно такими в свое время были Атлантический океан для американских индейцев, Индийский океан для жителей Африки и аборигенов Австралии и Каспий для печенегов. С другой стороны, когда из моря начинают черпать пищу и осваивают навигацию, оно превращается в составляющий элемент развития этноса. Именно таким было Эгейское море для эллинов, Северное для викингов, Красное для арабов и Белое для русских поморов.

Экспансия

Следующий этап развития этноса всегда связан с экспансией. Подобно тому, как расширяется нагретый газ, «новорожденные» этносы устремлялись за пределы своей «колыбели». Монахи–проповедники вынесли за пределы родной страны свою несокрушимую веру в Христа. Египетские отшельники уже в III в. покидали Фиваиду и шли проповедовать на запад, через языческий Рим и друидическую Британию, на зеленый остров Эрин, жители которого никогда не знали римского произвола и цивилизации. Примеров можно привести огромное множество.

Пассионарность и ее герои

Зарождение, а, затем, и рост этноса невозможен без отдельных личностей – лидеров, которые вели за собой целые народы. Гумилев называл эти личности «пассионариями». Великие правители и полководцы, народные герои и просто лидеры революционных движений – все они были пассионариями. Часто они вызывают зависть, уважение, иногда даже их причисляли к небожителям, но очень редко – понимали. Возьмем, к примеру,  Наполеона Бонапарта.  

Поручик артиллерии Наполеон Бонапарт в молодости был беден и мечтал о карьере. Это банально, а потому понятно. Благодаря личным связям с Огюстеном Робеспьером он был произведен в капитаны, после чего взял Тулон и, став в результате этого генералом, в октябре 1795 г. подавил мятеж роялистов в Париже. Карьера его была сделана, но богатства она ему не принесла, равно как и брак с красавицей Жозефиной Богарне. Однако уже итальянская кампания сделала Бонапарта богачом. Так что остальную жизнь он мог бы прожить не трудясь. Но что-то потянуло его в Египет, а потом толкнуло на стремительный риск 18-го брюмера. А когда он стал императором французов, разве он успокоился? Нет, он принял на себя непомерную тяжесть войн, дипломатии, законодательной работы и даже предприятий, которые отнюдь не диктовались истинными интересами французской буржуазии, вроде испанской войны и похода на Москву.

Конечно, Наполеон всякий раз по-разному объяснял мотивы своих поступков, но действительным источником их была неуемная жажда деятельности, не оставившая его даже на острове Св. Елены, где он написал свои мемуары только потому, что не мог находиться без дела. Для современников стимул деятельности Наполеона оставался загадкой.

Дурной пример заразителен

Пассионарность обладает одним очень важным с точки зрения развития этноса свойством – она заразительна. Обычные люди, оказавшись в непосредственной близости от пассионариев, заряжаются их энергией и, в результате, начинают вести себя так, как если бы они сами были пассионариями. Их энергия кипит, они готовы и (что самое главное!) действительно совершают подвиги. Но как только истинный пассионарий удаляется на достаточно большое расстояние от них, они начисто теряют весь свой заряд, возвращаются к своим повседневным заботам и выбрасывают из головы мысли о подвигах, сражениях, приключениях и прочих атрибутах геройской жизни в шкуре пассионария.

Эффект заразительности пассионарности был известен еще в глубокой древности. Его с успехом применяют в военном деле на протяжении последних нескольких тысяч лет. Во все времена во время войны военачальники выбирали пассионариев, формировали из них ударные части, либо сознательно распыляли их в массе мобилизованных солдат, чтобы поднять «воинский дух» последних. Традиционно считалось, что два-три пассионария способны повысить боеспособность целой роты. Благодаря наличию их среди солдат часть становится способной на прорыв, на подвиг, что иногда спасало даже самых бездарных полководцев.

Ярким примером заразительности пассионарности является сражение на Аркольском мосту в 1796 г. Австрийскую и французскую армии разделяла неглубокая, но вязкая речка, через которую был перекинут мост. Трижды бросались французы в атаку, но были отброшены австрийской картечью. Наконец, когда солдат уже, казалось, невозможно было поднять на новый бросок, сам генерал Наполеон Бонапарт схватил знамя и бросился вперед, и за ним, как за магнитом, притягивающим железные опилки, потекла на мост вся колонна гренадеров. Первые ряды были снова искрошены картечью, но последующие успели добежать до австрийских пушек и переколоть артиллеристов, после чего французская армия переправилась целиком, и битва была выиграна. Наполеон, кстати говоря, уцелел лишь потому, что его при рывке столкнули с моста в реку.

Проанализируем приведенный пример. Армия, направленная в Италию, была худшей из всех французских армий, действовавших в то время на фронтах. Она была укомплектована мобилизованными крестьянами неоднократно обескровленного и растоптанного парижанами юга Франции, плохо обученными и еще хуже снабженными. Инертные люди без профессиональных военных навыков. Интенданты в этой армии были отпетые жулики, и значительную часть их Бонапарт расстрелял за хищения еще перед началом похода. В сражении против них были двинуты лучшие полки Габсбургской монархии. И все же в четырех больших сражениях (Лоди, Кастильоне, Арколе, Риволи) французы одержали верх, так как Наполеон в решающий момент сумел вдохнуть пассионарность, чего не мог сделать его соперник, генерал Альбинци.

Пассионарный перегрев

Первый период в развитии этноса – инкубационный – как подсчитал Гумилев, длится обычно около 300 лет. После этого этнос переходит на следующий уровень – формирование консорций, или различных общественных форм и организаций. Так, в Византии, например, подобными формами были секты, оформлявшиеся как исповедания тех или иных тезисов христианства.

Все возникающие консорции имеют сходный план строения. Во-первых, каждая из них обязательно должна иметь ядро, состоящее из искренних адептов. Второй непременной частью любой консорции является оболочка из разделяющих общее мнение индивидуумов или людей, примкнувших по каким-то своим соображениям (как правило, использующих ситуацию в своих личных целях). Третья составляющая часть любой консорции – это обычное население. Как правило, именно оно играет самую жуткую и кровавую роль. Так, до победы христианства обыватели жаждали крови христиан и писало на них столько доносов, что императору Траяну пришлось просто запретить их рассмотрение. После победы христианства эти же самые люди стали писать доносы на язычников, гностиков и еретиков, устраивали погромы философов и сжигали иноверцев на кострах. Самое поразительное в этой ситуации то, что все эти люди собственного вероисповедания не имели, да и не хотели иметь.





Comments Disabled:

Comments have been disabled for this post.