Юрий Половников (polo79) wrote in lj_live,
Юрий Половников
polo79
lj_live

Замок Меллерштайн, или что нам стоит дом построить.


Каждый человек должен за свою жизнь построить дом. Кроме дома, правда, помниться, упоминалось еще дерево и ребенок, но первое можно вообще не брать в расчет, ибо современный дом (имеется в виду именно дом, а не переоборудованная или даже перепланированная квартира многоэтажки), как правило, не мыслимы отдельно от участка, на котором расположен, а слово «ландшафтный дизайн» давно уже не является чем-то из области высоких технологий. Второе же – ребенок – это проблема, которую лучше решать (в смысле рожать) только после устранения первых двух, ибо дети – это такие существа, которые, как правило, лучше всего растут и развиваются именно в комфорте, а что может быть комфортнее собственного дома, сделанного по индивидуальному проекту и с учетом всех ваших пожеланий? То есть получается, что опять же, придется начать с дома.

На первый взгляд может показаться, что строительство дома – чрезвычайно простая вещь, как говориться, были бы деньги. Но это только на первый взгляд того, кто еще не начинал строить собственный дом. Естественно, можно возразить, что сервис у нас в последние годы достиг таких высот, что остается только приехать, дать несколько указаний, заплатить деньги и подождать некоторое время, готовясь к переезду и выписывая приглашения на новоселье. Конечно, можно строить и так, но тогда у построенного дома будет всего лишь одно преимущество – минимальные затраты вашего личного времени. Во всем же остальном дом будет настолько же приспособлен к вам и вашей семье, как и типовая квартира панельной многоэтажки: созданный по чужому проекту и в соответствии с чужими вкусами, этот дом навсегда останется чужим для вас и вашей семьи. А зачем тогда вообще строить? Можно вообще купить готовый.

 

Тем не менее, древняя мудрость призывает именно строить дом, причем самому, что в переводе на современную действительность может быть трактовано как максимальное участие на всех этапах строительства. Почему? Наверное, для этого есть какая-то определенная причина. Вот что есть наша жизнь? Всего лишь нить, причем одна из многих, в гобелене мирозданья. Маленькая, тоненькая ниточка, берущая начало от узелка двух других, которая, свободно пролегая, переплетаясь с другими нитями, завязываясь в узелки, вливается в единый прекрасный узор гобелена. Она мала и практически незаметна, но, тем не менее, не похожа на другие: у нее свой цвет, блеск, своя фактура. И лишь от самого человека зависит, какова ценность его нити на общем гобелене истории: то ли заиграет она центральным мотивом в изысканном узоре, то ли затеряется в бесчисленном переплетении судеб, сбившись к самому краю гобелена. Но есть одна общая черта у всех самых красивых, самых значимых нитей: все они берут начало из четкого, устойчивого основания, которое и определяет их дальнейший путь в гобелене. Что есть это основание? Это дом, всего лишь дом, семейный очаг со своими традициями и устоями. И чем надежнее стены этого очага, чем устойчивее его традиции, проверенные веками, тем ярче сияют нити, вышедшие из него, тем крепче они. Каждый, построивший дом, обретает для себя такое основание, а нити, выходящие из него – это линии жизни ваших детей. И уж, согласитесь, вам виднее, какое основание нужно для вас и ваших детей.

Каждый человек, следуя логике древней мудрости, должен построить дом, посадить дерево и вырастить сына. Но иногда можно избежать такого хлопотного дела, как постройка дома. Как? Довольно просто: нужно построить такое здание, которое служило бы не только вам, но и вашим детям, внукам и, вполне возможно, даже правнукам. Но для этого нужен не просто коттедж, пусть даже и улучшенной планировки, а настоящее родовое гнездо. Раньше, кстати, до революции, в России такие усадьбы отнюдь не были редкостью: родовое имении было практически у каждой знатной семьи. Жаль только, что потом эта традиция была нарушена. В последние десятилетия традиция строительства настоящих родовых замков начала возрождаться, но хороший дом сразу не построишь – обычно на это уходят годы, иногда даже десятилетия, поэтому увидеть образцы новых родовых замков все еще довольно тяжело ввиду их редкости. Иное дело – заграница. Избежавшая революционных потрясений и спокойно эволюционировавшая все эти годы, она сохранила практически все свои родовые замки, многие из которых являются настоящими шедеврами архитектуры. Один из замечательных примеров правильного строительства родового гнезда является замок Меллерштайн (Mellerstain), что в Шотландии, современная резиденция 13-го графа Хаддингтонского и его семьи. Основатель рода Джордж Бейли вполне основательно подошел проблеме строительства родового гнезда: замок был построен по свеем правилам. С другой стороны, может быть, именно поэтому он до сих пор и сохранился? 

Первое, с чего начинается любое строительство дома – это создание его проекта, а проекты у нас создаются, естественно, архитекторами. Джордж Бейли, понимая важность выбора человека, которому доверяется руководство строительством, не стал экономить и нанял одного из самых лучших архитекторов - Уильям Адама. Впрочем, знаменитый архитектор, ввиду преклонного возраста, построил не весь замок, а лишь два его крыла (1725),  а громадная центральная часть и весь внутренний интерьер были сделаны его сыном – не менее знаменитым и талантливым Робертом Адамом (1770-1778), на счету которого, кроме замка Меллерштайн, такие жемчужины архитектуры, как ограда и ворота Адмиралтейства в Лондоне (1760), Лансдаун-хаус (1766); дом Уоткин-Уинн (1772) на Джемс-сквере; дом лорда Дерби на Гровнор-сквере (1773); дом "Клуба Уайта" (1776) на Джемс-сквере; Дрюри-Лейнский театр (1776), здание Государственного Архива (1771) и церковь в Мистли в графстве Эссекс (1776). Впрочем, кроме строительства и внешней отделки здания Роберту Адаму было доверено и оформление внутренних интерьеров замка.

Рационализм, облеченный в формы греческой античности, определял сущность творческого метода Адама. Внешности его зданий свойственна благородная простота памятников, созданных демократической Грецией. Для боковых фасадов дворцов, а также для лицевых фасадов буржуазных домов характерны большие широкие окна с веерообразными тимпанами наличников, встречающихся постоянно и над дверями. Любимая схема плана для резиденций магнатов у Адама напоминала форму букв Н и В. В центре помещался круглый или овальный зал, из которого открывались двери в две параллельные анфилады комнат; к ним иногда примыкал для удобства коридор; в него комнаты эти имели на всякий случай выход. В зависимости от того, каково было назначение здания, менялся и характер архитектурного оформления. Когда дело шло о постройке замков, например, Латтон-хаус в Беркшире для премьер-министра лорда Бьюта (1767) или городских дворцов знати, то Адам не отказывался от массивности и величественности, что  выражалось  в применении коринфских колонн, куполов, круглых зал с венцом колонн внутри и т.д. В дворцовом строительстве Адам не порывал столь резко с палладианством, как при постройке городских буржуазных особняков, загородных вилл, небольших усадеб джентри. В очень простых и строгих классицистических формах выдержан новый университет в Эдинбурге (1789-1791). Внутренняя планировка зданий, построенных Адамом, отличается большей рациональностью и удобством.

Стиль Роберта Адама несколько отличался от того стиля, в котором строил его отец – Уильям. Именно поэтому замок Меллерштайн по своему уникален: контраст архитектурных стилей отца и сына сразу бросается в глаза посетителям еще со внешнего двора. Впрочем, долгие столетья, естественно, не могли не оставить свой след на этом, безусловно, прекрасном, замке. Большой дом немного изменился с тех пор: на южном крыле появилась впечатляющая терраса и лоджия, в 1909 году, добавленная сэром Рэдженальдом Бломфильдом, озеро в саду было расширено, а некогда молодые деревца превратились в могучие вековые исполины. И только внутренних интерьеров, кажется, не коснулось дыхание времени: почти все осталось в том же виде, как и почти триста лет назад, ну, разве что за мелкими исключениями, вызванными необходимым текущим ремонтом.

Маленькая гостиная

Точно так же, как и при основателе династии Джордже Бейли, посетители при входе попадают строгий, даже немного мрачный каменный зал, где главной достопримечательностью является уникальный камин, украшенный голландскими изразцами, работы Уильяма Адамса, и несколько старинных картин на стенах: пейзаж работы Нории (1725г), изображающий реку Твид в Келсо и портрет Томаса, второго графа Хэддингтона, написанный Ван Диком. Так же в каменном зале выставлены серебряный горн королевской конной гвардии и различные предметы вооружения и оригинальная копия Национального соглашения, заказанная вторым графом Хэддингтоном в 1638 году.

 

 В необычном для Роберта Адама стиле выполнен потолок   в маленькой гостиной: готические рельефные узоры причудливо переплетаются, образуя затейливую вязь. Но потолок – единственное отступление, все остальное выполнено в традиционном стиле: небольшой аккуратный камин, украшенный двумя мраморными статуэтками и кованной решеткой, строгие рамки картин (портрет леди Мэри Ховард кисти Мариа Варельста (1680-1744); портрет неизвестного джентльмена кисти Алана Ремсея (1748 год); портрет мадмуазель Гамильтон, графини де Гремаунт кисти Халлемана (1644); портрет леди Мюррей кисти д`Агара; портрет леди Францезманерс кисти Вильяма Эйкмана (1725), а также портреты других предков), орнамент двери и оригинального зеркала над камином, выполненного самим Робертом Адамом. Мебель включает бюро,  ореховый стол и кресло эпохи королевы Анны, карточный столик поздней эпохи Георга II, карточный стол красного дерева, письменный стол эпохи французского королевства и голландский столик для игр из красного дерева (18 век).

 Настоящей гордостью Меллерштайна является библиотека, собранная, главным образом, Джорджем Бейли и содержащая его экслибрис, датированный 1724 годом, как одного из лордов Казначейства. Комната, не без основания считающаяся одним  выдающихся созданий Роберта Адама, имеет расписной потолок в оригинальных цветах 1773 года. Круглая картина – изображение римской богини  Минервы, написанная маслом, в центре, сопровождающаяся фигурами Обучения и Изучения. 4 длинных панели фигур над книжными полками, взяты с античных моделей, представляющих Приама, упрашивающего Ахилла выдать тело Гектора, девять муз, жертвоприношения Эфигении, и четвертая – выбор Геркулеса. Мраморные бюсты лицом друг к другу над дверьми в восточном и западном конце комнаты представляют  леди Гризель Бейли, жену основателя рода – Джорджа Бейли, и ее дочь – леди Мюррей.

Зеленый и белый камины, так же, как и зеркальные серванты между окнами, были спроектирован Робертом Адамом. Среди мебели привлекает внимание столик эпохи Георга II с агатовым покрытием, кресло эпохи Людовика XV с вышивкой на сиденье,  два голландских стола середины 17 в., викторианский стул, красное вельветовое кресло и угловое кресло с готическим оформлением эпохи Георга II, кресло с высокой спинкой 1700 года, читальный стол красного дерева 1750 года, два кресла эпохи королевы Анны, часы эпохи Георга II, созданные Вильямом Смитом (Лондон). Единственная картина в этой комнате – ландшафт кисти Нори над камином (1725г). Интересно заметить, что Уильям Адам заказал Нори нарисовать три похожих ландшафта, поэтому эта картина должна была висеть в восточном крыле, но художник, к сожалению, создал всего одно произведение.

Выйдя из библиотеки, посетители Меллерштайн попадают в западный коридор, стены которого украшены портретами предков и гобеленами начала 16 века, изображающими охотничьи сцены. Этот коридор ведет к основанию главной лестницы: величественному сооружению в традиционном английском стиле (?).

Еще один отличный пример мастерства Роберта Адама – музыкальная комната, спроектированная вначале как столовая. Потолок ее декорирован орлами и сфинксами. Над камином портрет Патрика Хьюма, первого графа Марчмонта кисти Уильяма Эйкмана. Слева портрет леди Мюррей кисти Марио Варельста (1725), а справа – Рейчел леди Биннинг, того же художника. Камин белого мрамора работы Дж. Маршала показывает быков и фигуры Войны и Мира. Таинственным светом чуть мерцают зеркала раоты Роберта Адама, отражая в себе столик с мраморным покрытием эпохи Георга II, вполне современное пианино Стейнвей, карточный столик из красного дерева эпохи регентства, пару овальных кресел эпохи Георга III со спинкой в виде колеса, французский комод Людовика XV и маленькие белые китайские столики.

 

Еще одна впечатляющая комната – маленькая комната для рисования. Ее полок разрисован удивительными сказочными грифонами и античными вазами, выполненными  в оригинальных цветах Роберта Адама (1778).  Так же прославленным архитектором был создан дизайн камина и двух боковых столиков атласного дерева. Картины Стены украшены следующими картинами: «Непорочная дева и дитя с волхвами» кисти Гарофоло, портрет девочки с фруктами Николаса Маеса (1632-93), Чарльз и Рейчел Гамильтон кисти Алана Ремсея (1740), портрет голландской женщины кисти Ван дер Хельста (1650), Гризель леди Мюррей кисти Вильяма Эйкмана (1715 год), портрет Паркера Самюеля Ториано кисти Алана Рамсея (1738), Изебелла де Эсте, Цирк Пармеджианино; Томас лорд Биннинг Алана Рамсея (1747); ландшафты Берчема (1620-1683) и Бота (1610-1652); ковер эпохи Наполеона III; два маленьких гипсовых столика эпохи королевы Анны; круглый стол палисандрового дерева эпохи Регентства и три кресла эпохи Георга III во французском стиле.


Замок Меллерштайн имеет несколько спален. Наиболее оригинальными являются розовая спальня (единственная спальня в северном крыле, оформлена в типичном для 18 века стиле, с оригинальными обоями, меблирована четырехместной кроватью, китайской ширмой начала 19 века викторианской расписной ширмой, комодом красного дерева эпохи Георга III работы мастера Келсо и стульями из красного бука    эпохи французского Регенства) и китайская спальня, которая по праву считается самой элегантной комнатой замка. В ней находится четырехспальная кровать из махагонового дерева с экстравагантным балдахином эпохи Георга II из тонкой шерсти; шкаф, туалетный столик, комод и два спальных кабинета (все середины викторианской эпохи) из манчьжурского дерева; бюро красного дерева и три кресла из вяза эпохи Георга III; кресло для двоих (кушетка), обитое вельветом викторианской эпохи; ковер ручной работы из шерсти, сделанный в Эллуа в 1818 году.


Из окон этой элегантной комнаты открывается поистине удивительный вид на сад замка. Четкие ряды геометрических узоров из живых зарослей кустарников, античная статуя, изумрудно-зеленые лужайки и таинственный блеск пруда вдалеке между деревьями. Но настоящим, поистине великолепным украшением замка является коллекция различных сортов роз, собранная матерью нынешнего лорда Хэддингтонского. Самые редкие и экзотические сорта растений, привезенные специально из разных стран мира, а также выведенные здесь являются настоящей жемчужиной замка, радующей взгляд и услаждающей обоняние.

Замок Меллерштайн – является одним из типичных примеров того, как нужно строить дома. Построенный чуть меньше 300 лет назад и всего лишь немного модернизированный с тех пор, он все так же остается надежным убежищем и опорой для членов семьи, живущей в ней, оберегая из не только капризов погоды, но и от жестоких перипетий судьбы. Но обычный, по своей сути, дом в то же время является ярким примером устойчивого основания не множества линий нескольких поколений владельцев: прошлых, нынешних и, наверняка, будущих. 

 


Subscribe

Comments for this post were disabled by the author