Юрий Половников (polo79) wrote in lj_live,
Юрий Половников
polo79
lj_live

Церетелизм как традиция скульптуростроения

Старушку Свободу изначально пытались втюхать Египту, о как.



Вот что рассказывает нам сайт про ислам (не только он, впрочем, но тут вся история изложена коротко).

Начало цитаты:

Египетские корни Статуи Свободы
«Он хотел высечь образ египетской сельской жительницы, держащей факел свободы. Монумент, в два раза превышающий по высоте Сфинкса, должен был возвышаться у входа в канал и играть роль маяка. Его предполагалось назвать «Освещающая путь египтянка» (другая версия – Несущая свет в Азию)». (Майкл Б. Орен. «Египетское происхождение статуи свободы»).


В мире, где отношения между Западом и Востоком определяются понятием «столкновение», немногие понимают, что Америка и Ближний Восток в свое время были вдохновением друг для друга. Книга Майкла Б. Орена под названием «Сила, вера и фантазия» раскрывает эпизод из истории о происхождении статуи свободы.

Орен повествует, что архитектор Фредерик Аугусте Бартольди первоначально представлял себе образ Свободы в форме ближневосточной сельской жительницы, несущей факел свободы. Во время посещения Египта, в частности, пирамид и церемонии открытия Суэцкого канала, он планировал создать статую, которая стала бы «путеводной звездой» для народов Ближнего Востока.

В 1886 г. предполагалось возвести эту статую на острове Эллис.

Этот проект был детищем человека, которого инженер Стоун однажды встретил в Египте - Фредерика Аугусте Бартольди, скульптор из Эльзаса, младше его самого на 10 лет. Идея у Бартольди возникла во время экскурсии в Луксор, где он был восхищен древними монументами.

В тот момент Бартольди, темноволосый француз весьма приятной наружности, решил увековечить свои впечатления в форме новой статуи. Еще одним побуждением к этому проекту стало для него посещение церемонии открытия Суэцкого канала.

Он хотел высечь образ египетской сельской жительницы, держащей факел свободы. Монумент, в два раза превышающий по высоте Сфинкса, должен был возвышаться у входа в канал и играть роль маяка. Его предполагалось назвать «Освещающая путь египтянка».

Бартольди в течение двух лет делал эскизы из терракоты своей задумки и продолжал убеждать хедива Исмаила оплатить сооружение статуи. К 1871 г., однако, правитель Египта лишился своего благосостояния и был даже не в состоянии покрыть свои долги, не говоря уже о финансировании возведения статуи. Тогда в страшном расстройстве Бартольди отправился в Соединенные Штаты.

одплывая на корабле в нью-йоркскую гавань, он заметил остров овальной формы под названием Бедлоу и внезапно представил, как бы выглядела его статуя на том месте. Так, годы переговоров привели к тому, что американцы согласились заплатить за пьедестал, а Франция – за статую, на сооружение которой должен был взяться Густав Эйфель. Оставалось только найти американского инженера, который мог бы принять проект, и тогда Бартольди вспомнил о Стоуне.

Генерал, который в начале гражданской войны содержался в заключении на острове Бедлоу, знал этот район как свои пять пальцев. Он добился содействия Джеймса Моргана и Сэмюэла Локетта, ветеранов, служивших в Египте, и начал возведение пьедестала высотой 89 футов, а также сборку эйфелевского медного колосса из 350 частей.

Хотя изначально планировалось официально открыть монумент в столетнюю годовщину независимости Америки, это случилось лишь десятилетие спустя, в октябре 1886 г., за год до смерти Стоуна.

В тот день тысячи зрителей увидели «творение», которое лишь отдаленно напоминало идею Бартольди о египтянке. Мусульманка из сельской местности была заменена «идеальной» западной женщиной, и название статуи было заменено на «Свободу, освещающую мир».

От оригинальной задумки статуи остался только факел. На протяжении следующих 40 лет Статуя Свободы напоминала миллионам иммигрантов о том, как они впервые увидели Америку, лелея мечту о лучшей жизни. А для египтян, которые в тот период попали под власть иностранных государств, такого символа свободы так и не появилось…

P.S. Майкл Орен – старший сотрудник иерусалимского исследовательского центра «Шалем». Специализируется на дипломатической и военной истории Ближнего Востока. Обозреватель «The New York Times», «The Wall Street Journal», «The New Republic». Является экспертом «CBS» по Ближнему Востоку.

Конец цитаты

Вот и выходит, что лучший друг Лужкова и бескорыстный деятель искусств просто следовал давним, освященным, можно сказать годами, традициям своего цеха. А я-то думал - он просто жадный...
Subscribe

Comments for this post were disabled by the author